Это замечательное озеро находится в Беларуси в Гродненской области Новогрудского района. Также имеется одноимённое озеро и на Украине.

Озеро Свитязь

С давних пор слагал о нем народ легенды и песни. Некоторые из них дошли и до нас, другие потеряны и, может быть, уже навсегда. Но Свитязи почти не коснулась безжалостная рука времени. Озеро это и поныне чарует нас. Оно — словно драгоценная чаша из хрупкого прозрачного хрусталя, подернутого нежной голубизной.
Много замечательных озер на земле Беларуси. Широко и привольно раскинулись воды Нарочи, великолепно ожерелье Браславщины. Серебро же свитязянских вод имеет свою неповторимую красоту, свою тайну. В чем же она, эта тайна?.. Молчит Свитязь. Тихо думает думу свою. Птица не прошелестит в такие минуты крылом над хрустальной чашей озера. Лунный блеск не рассыплется по воде жемчужинами-искринками, вспугнутый легкой рябью.
В такие минуты тишины — они обычно бывают в закате лета — озеро может поведать многое каждому, кто обладает волшебным даром видеть, открывать сокровенное. На потемневшей занавеси неба меркнут и расплываются вершины деревьев. Одна за другой зажигаются звезды. Тихо все. Только у самого берега чуть плеснет неосторожная рыба. Вглядитесь теперь пристальней в непроницаемую глубину.
Что это за быстрые тени, как будто сотканные из лунного света, мелькнули там на мгновение и скрылись? Чей таинственный шепот раздался в тиши, или только послышалось это? А потом, вернувшись в туристскую палатку, долго не можешь уснуть. В полумраке видишь прекрасную дивноокую свитязянку: вот распахнулись подводные
недра, взметнулся ввысь вспугнутый бродяга-ветер и, удирая, прошумел в ветвях могучих дубов и ясеней, и на поверхность всплывает она. Протягивая в мольбе руки к берегу, плачет, ищет своего любимого, но не отзывается он, видно, сложил свою голову на поле брани еще во времена легендарного Миндовга.
И еще рассказывает легенда... Стоял на этом месте город, прекрасный, как мечта. Но однажды напали на землю новогрудскую чужеземцы. И стар, и млад, опоясавшись мечом, пошли сражаться, остались в городе лишь беззащитные дочери и жёны. Уже трещат кованные медью ворота, уже гордые свитязянки готовятся умереть в пламени, но не склониться перед врагом. И тут случилось чудо. Разверзлась земля и поглотила город, не отдала его врагу на поруганье. На месте города разлилось озеро невиданной красоты, а на его прозрачной поверхности появились «царь-цветы» — таких больше нет нигде.

Лист их зелен, как иголки пихты,
Когда снега их побелят...

Так писал Адам Мицкевич, великий поэт, наш земляк. Он много бывал на Свитязи, часами просиживал под сенью вековых деревьев. А дубы все шептали вещие свои сны, навеянные водами, и рождались знаменитые баллады — «Свитязь», потом «Свитязянка». Поэта привлекало волшебное озеро, очаровывала дремучая дубрава, кольцом обступавшая озеро,— она сохранилась и по сей день.

Кто б ни был ты, путник, в какую бы пору
Ни ехал ты через Плужины,
Коня придержи среди темного бора,
Чтоб дивную видеть картину...

И останавливался путник в том месте, где старая проселочная дорога Барановичи — Новогрудок, пересекая Плужинский бор, спускается к самому краю берега.
Как раз на этом месте красовалось великолепное здание гостиницы-ресторана — всё из стекла и бетона. Когда-то оно светилось огнями своих окон, и эти огни отражались в зеркальной прибрежной глади... (Здание сейчас в плачевном состоянии, летом 2003 выкуплено частн. предпренимателем. Но, видимо, не рассчитал он свои силы, и эта громадина вновь без присмотра.) И сегодня даже самый большой торопыга, из тех, кто спешит «нахвататься впечатлений», невольно притормозит здесь свою машину. А уж подлинный любитель природы всем ландшафтам тропической Африки и экзотике Амазонки предпочтет неповторимую красоту этих мест. Здесь есть где походить, есть что вспомнить. Когда твои товарищи уйдут по грибы (в местных лесах их очень много) или удить рыбу (в озере водится щука, и окунь, и линь), можно побродить по окрестностям. Пройдя Плужинский бор, мы попадаем в деревню Заосье— здесь родился Адам Мицкевич. Неподалеку отсюда, в Щорсах, он написал поэму «Гражина». Дуб-великан, под которым он любил отдыхать, к сожалению, спилен. Но те, кто приезжает сюда уже не один год, всегда вспоминают его развесистую густую крону, покрытую бурой корой, овеянную ветрами столетий. Он как подлинное воплощение зрелой мудрости высился над землей и с доброй улыбкой наблюдал старый свет, новую жизнь и... свою кончину.

Дуб-великан, дуб-двойник, дуб Мицкевича, памятник природы...